Мечты о Советском Союзе
^
"Земли крестьянам! Фабрики рабочим! Вся власть советам" Свободу пролетариату…" гласили заголовки книжки в красном переплете, с серпом и молотом на обложке. Лена в руках держала эту старую и потертую книжку, которую уже пролистала не одна тысяча человек. Но так получилось, что после 1991-ого года она будет читать первой. Издание было 1946 года и было в нем что-то магически непостижимое. Она вышла из библиотеки и даже не положила в портфель эту книгу, которая валялась в куче бумаге, которую библиотека готовила сдать в макулатуру. 

Лена пришла в библиотеку за очередным ужастиком Стивена Кинга, а вышла, держа в руках основополагающее составляющее идеологии неизвестного ей ранее государства СССР. Казалось, что книга отдает часть своей энергии, которая скрыта в этих серых, но дьявольски сильных страницах. Она пришла домой, скинула с плеч портфель и пошла в свою комнату. На дворе стоял конец апреля, поэтому солнце уже по настоящему припекало и освещало маленький провинциальный городок, частицу жизни в безумном и яростном мире. 

Она задвинула занавески и уселась за стол. В комнатушке с выцветшими желтыми обоями установился полумрак. Лена включила лампу и открыла первую страницу. Там был рисунок двух людей с каменными лицами, по всей видимости, это были солдат и рабочий. А над ними красными, но уже тоже поблекшими буквами гласила надпись "наш народ трудится во имя мира и борется за мир во имя свободного труда".

- Как четко написано… - сказала Лена с удивлением сама себе и принялась читать строчки текста, отпечатанного мелким шрифтом. Там шла речь о угнетении каких-то бедных людей и цитаты о классовой борьбе. О чем конкретно говорилось, Лена пока что не могла понять. Но все равно: ей хотелось читать дальше и до конца. Как будто бы красная книжка слилась с её красной кровью и продолжала пробивать выше, к самому мозгу.

Прочитав где-то около половины Лена обнаружила, что с момента, как она уселась, прошло около трех часов, и что за это время она ни разу не сомкнула своих глаз. Она наконец-то закрыла их и свалилась на кровать, уставшая и обессиленная. Все-таки сколько бы ни было заключено сил в этой книжке, чтение утомляло. Не расстилая постель, она улеглась на кровать прямо в одежде и заснула.  

Немного проспав, она вскочила с кровати, и сгребла в портфель все, что лежало на столе и могло понадобиться в школьной жизни. Она повесила портфель на плечи и повернулась, готовая идти в школу, даже не поев. Внезапно краем глаза она заметила красную книжку о истории СССР. Она взяла ее и тоже запихала в портфель. Быстро надев туфли, она двинулась по извилистой улице 1905-ого года. Она уже знала, что тогда случилось, в этом далеком 1905-ом году. Первая попытка революции. Она шла не спеша, несмотря на то, что уже опаздывала на половину алгебры.

Она спокойно зашла в школу, а затем и в аудиторию, совершенно не слушая о том, что говорила училка по поводу ее опоздания. Она села за свою третью, ободранную и исписанную всякими нецензурными выражениями парту. Открыв портфель, она вместо учебника по математике достала красную книжку и принялась ее дочитывать. Соседка по парте, Вера, со странностью посмотрела на нее, а потом на красную книжку, и ничего не нашла ни в ней, ни в книжке. Ну, с кем не бывает. Странно только, что Лена ни с кем не поздоровалась. Пока народ решал что-то про логарифмы, Лена восхищалась тремя пророками атеизма: Лениным, Марксом и Энгельсом. Скоро урок кончился, но она как-будто бы не слышала этого звонка. Звонок ей показался криком революции, выстрелами солдат. Вера пихала ее локтем в бок, и тогда она очнулась и торопливо огляделась, только в этот момент, вспомнив, что с утра ни черта не причесывалась и не красилась. Она подошла к зеркалу, и, убедившись, что состояние лица и волос выше среднего, пошла в другую аудиторию, держа свою книжку в руках. Сейчас должна была начаться всемирная история. И тема как раз подходящая: коллективизация сельского хозяйства в 30-ых и 40-ых годов. Она опять же села на третью партой вместе с Верой. В этот раз она внимательно слушала историка, Вячеслава Андреевича. Он говорил о политической обстановке в то время, а потом обрушился критикой на советский союз, называя его прогнившим и отсталым государством, рассказывая сколько жертв принесла коллективизация сельского хозяйства и Сталин в общем нашей отчизне. Андреевич был пропитан национализмом, как канализация пропитана запахом дерьма. 

- Все это не правда и клевета!!! - чуть ли не прокричала Лена, встав из-за парты. - На самом деле все было не так…

Учитель то ли от злости, то ли от растерянности снял очки. И подошел к крайнему ряду и встал напротив Лены.

- Вы хотите что-то дополнить Елена Петрова? - он заложил руки за пояс вместе с указкой и толстыми очками.
- Да! Коллективизация была необходима для того, чтобы догнать по уровню развития США, а потом и выйти в мировое лидерство, что в итоге и получилось, а жертвами репрессий стали всякие кулаки, которые могли привести к нестабильности…. -
- Кто тебе это сказал?! - перебил ее историк. На его ответ Лена протянула красную потрепанную книгу.
- Первая образцовая типография имени А. А. Жданова… 1949 год… Да… - И класс вместе с учителем погрузились в дикий хохот. А лицо Лены наливалось в это время красным цветом. Она выдернула книгу из рук учителя, схватила портфель и перед входом сказала:
- После моей смерти предки накидают грязи на мою могилу, но ветер времени развеет ее. Знайте, чьи это слова? Жаль, не всех тогда передушили, некоторые типа вас ещё имеют какое-то жалкое существование… - и, не дождавшись ответа, она вышла из класса, хлопнув дверью. Потом она так же вышла из школы и пошла в читальный зал. Где-то к вечеру она дочитала магическую книжку, и взяла ещё одну. Какой-то из томов под названием "История СССР". Вернувшись домой, она как зомби, не ев с утра, пошла в свою комнату и продолжила свое погружение в прошлое. И не заметила, как внезапно отключилась, прямо за чтением. А что же ей снилось…

Она стояла на широкой заасфальтированной улице и смотрела в небо, где с шумом пролетали самолеты, выкручивая фишки высшего пилотажа в небе. Около нее проезжали танки, напоминавшие ей своим видом Стальной Кулак, готовый раздавить в один миг любого противника. По бокам шли люди, размахивая красными флагами с серпами и молотами. Люди торжественно кричали, но не замечали Лену. Танки проезжали сквозь нее, как через тень. А Лена не верила, что это сон… Она захотела вскрикнуть и взметнуться вверх…

Раздался телефонный звонок, который ее разбудил. А она очень не хотела просыпаться. А телефон все же настаивал на своем… Лена нехотя встала с кровати и сняла трубку… Звонил её парень Леша. Она с ним не стала долго разговаривать. Просто кинула трубку и, отключив телефон, принялась читать дальше, не замечая, как та же красная книга начала внезапно светиться. Она, закусывая верхнюю губу, переживала вместе с советским народом фашизм, который унес так много жизней, потом трудом крепила социализм, строя заводы гиганты, потом выходила в космос вместе с Юрием Гагариным, и, потом опять заснула. В этот раз ей почему-то ничего не снилось.

На следующее утро она опять проспала и решила уже сегодня не идти в школу. Усевшись поудобнее за свой стол, она принялась листать страницы, которые в реальном мире представляли собой уже далекую историю. Но кто сказал, что все из нас живут в реальности. Сейчас речь шла о Горбачеве, который сдал позиции. Она видела, что этот человек не был виноват в том, что произошло. Низкая цена на нефть угробил самую великую за всю историю человечества страну. Так думала Лена спустя два дня знакомства с ней. Начав свою перестройку, по задумке вещь неплохую, Горбачев впустил во власть всякое быдло, которое в итоге и разобралось с госаппаратом. А в далеких девяностых распродало все что можно и навалило же на свою голову кучи дерьма. Дочитав до конца, Лена почувствовала какое-то опустошение и усталость. Потом она обнаружила для себя, что совсем ничего не ела за эти два дня и пошла к холодильнику. Мечты о Советском Союзе поглотили ее за эти два дня окончательно. Они стали ее едой, а красная книжка - идеей. Она решила отдаться тому коммунистическому времени. Поев, она легла в свою кровать где-то после полудни и закрыла глаза.

Во сне перед ней предстал какой-то рыжий и щедровитый парнишка лет семнадцати, в буденовке и шинели. Они стояли в пустоте и смотрели друг на друга.

- Мы знаем про тебя Лена. Ты нужна нам там. - Он говорил смешным голосом, мужским, но с какой-то женской утонченностью.
- Где там? - спросила Лена, ожидая услышать нужный ответ.
- В прошлом. СССР ждет тебя. Он возлагает большие надежды. - Она взял ее за руку. - Ну же, пойдем? 

Лена безо всяких размышлений пошла вслед за парнем по черным коридорам пустоты и потом в итоге вышла на свет. Там было какое-то собрание, люди хлопали в ладоши странному толстоватому дядьке в больших очках и с лысиной.

- Это Горбачев, Лена. Его надо убить…- И вместо винтовки старого образца, красноармеец протянул Лене снайперскую винтовку последней модификации. Одну из самых последних советских разработок. 
- Но он же не виновен будет в том, что случится. - Пыталась возразить она. Через нее, как через голограмму проходили люди с плакатами.  
- Я знаю. Он пытается сделать лучше. Но мы сделаем это и без него. Не убив его, мы разорим души тех людей, которые падали на фронтах за страну. Которые кровью сделали эту революцию… Которые потом отстроили заводы. Которые, на человеческой, призванной к гибели, тяге, рвались вверх, к вершинам социализма…. - Он продолжал говорить, пока Лена, как загипнотизированная, целилась в Горбачева и его соратников. Произошел ряд выстрелов, и крики торжества сменились криками ужаса. Как жаль, что люди умерли, так и не зная, что они сделают. От этого крика она открыла глаза…

Она очнулась в каком-то здании, похожим внутри на склад… Она протерла глаза и поднялась на ноги. Посмотрев вверх, стало понятно, что когда-то здесь была церковь. Она открыла дверь и вышла на улицу. Там во всю гремела музыка. Впереди проезжали ракетницы и танки, маршировала морская пехота. За ними шли люди с красными плакатами. Лена улыбнулась и пошла вслед за ними, празднуя Первое Мая по всей видимости. Шел радостный 2015-ый… СССР не был экспортером нефти, только продукты переработки… Цена за баррель топлива - 250$, вместо 7$, как тридцать лет назад… Вокруг стояли заводы по конвейерному производству водородных бомб. Мы шли впереди всех…. Лена от счастья заплакала и слилась в толпе таких же, как и она, счастливых людей. И везде слышались лозунги "Слава мировой коммунистической революции!!!", "Да здравствует Коминтерн!!!", "Мировая система социализма! Вперед к новым подвигам и званиям!!!"…. Больше Лена ничего слышать не хотела. 

Несколько людей стояли в коридоре перед дверью в палату. Около двери стоял высокий парень лет восемнадцати, а с ним среднего роста белокурая девушка, примерно такого же возраста. К ним подошел доктор в потрепанном белом халате и очках.

- Что с ней случилось? - спросила сквозь слезы девушка.
- Впала в так называемую кататонию. Причины нам не известны. Проще говоря, это что-то типа комы, только в сознании. Или все равно, что тело без души… - сказал серьезно врач.
- А она очнется? - спросил парень.
- Не знаю. Мы не знаем, что с ней случилось…

И все трое продолжали разговаривать, устремив свои взгляды в небольшое окно одной из палат психиатрической клиники, где сидела Лена, тупо смотря в одну точку и в то же время, никуда не смотря… 
